mxf | index | comment on this™ | 2003А еще мне был вчера Глас с неба. Не, он меня часто посещает — то Телевизор кто-нибудь неудачно включит или Радио. А вот этот был самый настоящий, всамделишный.
И сказал он мне:
— Встань и иди!
А я-то под одеялом был и тепло мне было от этого. И как-то не тянуло меня вставать.
А он мне опять:
— Встань и иди!
Причем таким странным голосом, будто бы у него понос и он спешит. Но и я не лыком-то shit. Поэтому лежу и молчу, как вроде я сплю и мне сон снится эротический.
Но эта сцука бесформенная не унимается:
— Встань и иди!
И тут проснулась во мне жалость к нему. Все-таки он там стоит, хоть и бестелесный, а я тут лежу как мурло последнее, или, накрайняк, предпоследнее.
Ну я встал и пошел. К холодильнику, за минералкой. И возрадовался он:
— Ура! Получилось! Вот что значит Сила Веры — инвалид, три года прикованный к постели, встал и пошел!
Тут мне стало смешно и я захлебнулся минералкой, но не насмерть, а через нос. Говорю:
— Спешу вас разочаровать, но я всю жизнь ходил, кроме тех моментов, когда лежал или сидел.
Тут он прямо таки охуел, в смысле — материализовался. Стоит такой расстроенный, лысоватый такой, на вид лет 45, но если по туфлям судить, то все 46.
— А ты разве не Джонни-малыш, живущий среди тростниковых плантаций? — чуть ли не плача, молвил Глас.
Совсем, видать, ополоумел Глас… А то у меня по морде не видно, что я другой Национальности?! Да, ошибся он конкретно, что аж расплакался и сопли из носа потекли. Все причитал: „Бедный Джонни, бедный Джонни…“
Долго так причитал, пока третьи стограмм не выпил. А после четвертых так вообще повеселел и целоваться полез, забыв про Джонни-малыша, инвалида тростниковых плантаций.
А малыш Джонни и сам научился ходить, без помощи Гласа. Правда, только под себя.